28 старый стиль
Седмица 26-я по Пятидесятнице.
Священномученик митрополит Серафим (Чичагов).
Священномученик митрополит Серафим (Чичагов)
Память: Мч. Иринарха (икона) и святых семи жен. Прмч. и исп. Стефана (икона) Нового. Мчч. Стефана, Василия, Григория, другого Григория, Иоанна и иных многих. Свт. Феодора (икона), архиеп. Ростовского. Сщмч. митрополита Серафима (икона). Сщмчч. Алексия, Алексия, Василия пресвитеров, прмч. Рафаила, Викентия и мц. Анисии. Мц. Параскевы. Сщмч. Николая пресвитера. Обретение мощей прп. Сергия (икона), исп.

Священномученик Павел

Священномученик Павел

Пресвитер Леоновский
Память 4 (17) января

Три святителя

10.02.2012
point.gif3Svatitelia.JPGpoint.gif

30 января (12 февраля по н. ст.) Святая Православная Церковь торжественно отмечает Собор вселенских учителей и святителей Василия Великого, Григория Богослова и Иоанна Златоуста. Почитаемые нами святители внесли огромный неоценимый вклад в развитие христианского богословия и литургики, им принадлежат глубокие и богодухновенные молитвы, некоторые из которых мы употребляем в своих ежедневных правилах, а сколько человеческих душ было спасено благодаря их предстательству пред престолом Божием — о том ведает лишь Господь.

Яко Апостолов единонравнии, и вселенныя учителие,
Владыку всех молите, мир вселенней даровати,
и душам нашым велию милость
(Тропарь, глас 4)

Жизнь этих великих христианских подвижников была полна лишений, скорбей и трудностей. Несмотря на разность характеров, особенностей святительского служения, личных дарований, у них было одинаково сильное стремление к Господу, любовь к Его Святой Церкви и вверенной им в управление пастве. Выпавшие на их долю тяжелейшие испытания святые выдержали мужественно и с благодарностью Богу. Не многие из нас смогут, по примеру великого Иоанна Златоуста, благодарить Создателя «…не только за то, что прекратил бедствия, но и за то, что попустил их…»; по примеру Василия Великого быть довольным всегда во всем, а не «…высчитывать, чего у них недостает, и не имея принадлежащего другим, печалится и роптать, как бы лишились своей собственности»; по примеру великого Григория Богослова, ради умиротворения раздоров и воцарения спокойствия в Церкви уйти в сторону: «выбросите меня за борт корабля, — и тогда прекратится для вас волнение. Хотя я и неповинен в этой буре, но я предпочитаю пострадать, если вы этого хотите».

Жизненный путь праведников был неодинаков. Огромные труды и лишения, сопровождавшие Василия Великого, подорвали его здоровье. Святитель рано ушел из жизни, в 49 лет закончив свое земное странствование. Григорий Богослов, всю жизнь стремившийся к уединению и монашеству, был вынужден постоянно находится во главе управления церковным кораблем. Это тяготило, мучило его, он неоднократно скрывался от людей, от необходимости властвовать и распоряжаться. Такая тяжелая внутренняя борьба желания молитвенного уединения и необходимости участвовать в церковных и житейских делах сопровождала его практически до самой кончины. Достигнув больших высот и признания со стороны паствы, Иоанн Златоуст, по примеру Иоанна Крестителя, не убоялся потерять мирские почести и даже саму жизнь: он безстрашно обличал пороки властьпридержащих. У него было много врагов и недоброжелателей, на его жизнь неоднократно покушались. Можно сказать, что и кончина его была мученнической, ведь святитель представился по дороге в ссылку от стужи, голода и издевательств.

Вот как трудно, но свято прожили свою жизнь празднуемые нами святители. Отрадно сказать, что в нашем святом Храме в притворе есть настенные изображения каждого из них вместе с еще одним великим угодником Божием святителем Николаем Чудотворцем. Во время каждения дьякон и священник всегда с особым благоговением обращаются к святым в своих молитвах о Церкви, мире и о каждом из нас. Итак, давайте кратко рассмотрим житие всех трех вселенских учителей и святителей для своего утверждения в вере и благочестия.

point.gifVVelik.JPGpoint.gif

Святитель Василий Великий, архиепископ Кесарии Каппадокийской, родился около 330 года в удивительной благочестивой семье, давшей человечеству сразу нескольких прославленных святых. Христианское воспитание, полученное будущем святителем, явилось крепким фундаментом его последующей строгой аскетической жизни, твердости в православной вере, искреннем служении Церкви и ближним. В семье Василия Великого было десять детей, пять сыновей и пять дочерей. Из них пятеро были впоследствии причислены к лику святых: сам Василий, его братья Григорий Нисский и Петр Севастийский, и две сестры: Макрина Младшая и праведная Феозва — диакониса. Дед Василия по матери стал мучеником при свирепом гонителе христиан Диоклетиане. Дед и бабка с отцовской стороны во время гонений семь лет прожили в лесах на севере Каппадокии и среди лишений только укрепили свою веру. Уже в более благоприятные времена бабка Макрина добровольно вернулась к пустынножительству в безлюдный понтийский лес. Начиная с нее, три поколения рода дали трех святых женщин, а одно поколение еще и трех святых епископов — Василия и его братьев Григория и Петра. Такой пример благочестивого жительства должно, несомненно, укреплять и нас, современных христиан, ищущих примеров правильного построения малой Христовой Церкви.

Отец Василия, по имени также Василий, известный своим благочестием, был женат на Еммелии, которая в юности отличалась редкой красотой и, хотя была склонна к девственному образу жизни, все-таки вышла замуж за человека уважаемого и безупречного. Вероятно, незадолго перед кончиной, он принял сан священника, как об этом можно заключать из того, что Григорий Богослов называет мать Василия Великого супругой иерея. По словам того же свт. Григория Богослова, их супружество совсем не помешало им преуспеть в добродетели. Вот как он пишет о родителях Василия Великого: «супружество его родителей, состоявшее не столько в плотском союзе, сколько в равном стремлении к добродетели, имело многие отличительные черты, как-то: питание нищих, странноприимство, очищение души посредством воздержания, посвящение Богу части своего имущества, а о последнем многие тогда усердствовали, как ныне, когда обычай этот вошел в силу и уважается по прежним примерам… О родителях же Василия засвидетельствовал нам действительный опыт, что они и сами по себе, если бы не сделались родителями таких детей, довольно имели у себя похвальных качеств, и имея таких детей, если бы не преуспели столько в добродетели, по одному благочестию превзошли бы всех. Ежели из детей один или двое бывают достойны похвалы, то это можно приписать и природе. Но превосходство во всех очевидно служит к похвале родивших. А это показывает блаженнейшее число иереев, девственников и обязавшихся супружеством, впрочем, так, что супружеская жизнь не воспрепятствовала им наравне с первыми преуспеть в добродетели; напротив, они обратили это в избрание только рода, а не образа жизни».

Считается, что первое слово о Христе будущий святитель услышал от своей благочестивой бабки Макрины и собственной матери. Отец же его не только наставлял основам христианской веры, но учил и светским наукам, которые были ему хорошо известны, так как он сам преподавал риторику и философию. Именно благодаря правильному христианскому воспитанию и Промыслу Божиему дети Василия и Еммелии стали впоследствии прославленными святыми. Роль родителей в воспитании будущих святых человеков была весьма значительной, поэтому весьма душеполезно для нас просить Господа в своих молитвах об упокоении их святых душ в небесных обителях.

Когда Василию Великому было около 14-ти лет, скончался его отец и некоторое время юноша находился при своей благочестивой бабке. По ее смерти, вернувшись в Кесарию, он продолжил свое образование. Характерной особенность святителя была непрестанная тяга к науке, получению знаний по различным научным дисциплинам. Он обучался у лучших учителей Кесарии Каппадокийской, учился в Константинополе, где слушал выдающихся ораторов и философов. Для завершения образования святой Василий отправился в Афины — центр классического просвещения того времени. Грамматика, астрономия, медицина, физика и многие другие науки — везде он достигал глубокого осмысления изучаемого предмета. Для святителя была характерна острота ума, широта познания, прилежность и терпеливость в обучении. Василий Великий является примером для всех тех, кто стремится добросовестно совершать свое общественное служение. Ему следует также усердно молиться и о даровании успехов в учебе, науке, проводимых исследованиях.

Для осмысления характера подвижнической жизни святителя необходимо привести слова свт. Димитрия Ростовского, который так описывал рассматриваемый нами жизненный период будущего святого: «ему известны были только две дороги в Афинах — одна, ведшая в церковь, а другая, — в школу». Какие глубокие и поразительные слова. В переводе на наш современный язык это означает: работа и храм. Вот пример истинного христианского жительства, которому следует подражать всем православным христианам.

Однако изучение одних лишь мирских наук не дает Василию Великому ответы на важные и глубокие вопросы, которые волнуют его душу. Святитель решается отправиться в Египет, к монахам-пустынникам, чтобы на примере их жизни открыть для себя смысл христианского благочестия. В то время в пустыню вслед за Антонием Великим уходили самые сильные подвижники — Пахомий, Макарий Египетский, Макарий Александрийский. В самой Александрии было богатейшее собрание богословских книг, при чтении которых Василий Великий учится у иноков постническим подвигам. Он пишет: «я удивлялся их умеренности в пище, их выносливости в трудах, я изумлялся их глубокому молитвенному настроению, изумлялся тому, как они успешно борются со сном, как помышления их всегда возвышенны и свободны, несмотря на голод и жажду, на холод и скудную одежду… Живя, как будто их тело не принадлежит им, они на деле показали, что значит жить в этом мире мыслью об ином мире и иметь свое отечество на небесах… Я молился, чтобы и я, насколько позволят мои силы, мог бы сделаться подражателем этих людей».

Вернувшись после путешествия по Египту, Палестине, Сирии и Месопотамии назад в Кесарию, он стал вести строгую подвижническую жизнь в сане пресвитера. К сожалению, из-за зависти к нему некоторых членов Церкви, для сохранения мира, святитель удалился в пустыню, в местность, в которой прежде уединялись его мать Еммелия и сестра его Макрина, — и которая им она и принадлежала. Макрина устроила тут монастырь. Здесь он подражал подвигам тех великих мужей, которых видел в Сирии и Египте. Он собрал в общежитие монахов, приведя к себе в пустыню и друга своего Григория Богослова.

По прошествии некоторого времени Василию Великому все-таки пришлось оставить пустыню для защиты Православия от арианской ереси. В борьбе с арианами проявился стойкий и мужественный характер святителя, который в сане епископа Кесарийского безстрашно боролся с обладающими как церковной, так и светской властью противниками. Во время жестких на него гонений святой Василий составил чин Литургии, написал Беседы на Шестоднев, на 16 глав пророка Исаии, на псалмы, второе собрание монашеских правил и три книги против еретиков.

Несмотря на непрекращающиеся скорби, Василий Великий всегда и во всех жизненных обстоятельствах благодарит Бога. Ему принадлежат и следующие глубокие по смыслу слова, напрямую обращенные ко всем поколениям христиан и обличающие нашу неблагодарность ко Творцу. «Ныне многие впадают в порок людей злонравных, не уважая того, что у них есть, и желая, чего нет. Ибо, не думая о тех, которые их ниже, не изъявляют благодарности Благодателю за то, что имеют, а напротив того, при сравнении с тем, что и кто выше их, высчитывают, чего у них недостает, и не имея принадлежащего другим, печалятся и ропщут, как бы лишились своей собственности. Раб негодует на то, что он не свободен; воспитанный на свободе – что не высокого происхождения; знатный родом жалуется, что не слишком богат; богатый скорбит и сетует, что не правитель городов и народов; военачальник, что не царствует; царь, что не обладает всей подсолнечной, но что есть еще народы, не подклонившиеся под его скипетр. Из всего этого выходит то, что Благодатель ни за что не получает благодарности». Какие глубокие и потрясающие слова.

Наиболее ярко стойкость святителя в вере проявилась в его противостоянии с императором Валентом, ярким защитником арианской ереси. Император, то есть человек, наделенной высшей государственной властью, прямо угрожал святителю смертью за его противоборство арианству. Но мужество Василия Великого победило и страх перед смертью. Вот как дерзновенно отвечал святитель безумному императору: «если ты отнимешь у меня имение, то и себя этим не обогатишь, и меня не сделаешь нищим. Полагаю, что тебе не нужны эти ветхие мои одежды и несколько книг, в которых заключается все мое богатство. Ссылки нет для меня, потому что я не связан местом и то место, на котором живу теперь, не мое, и всякое, куда меня ни сошлют, будет мое. Лучше же сказать: везде место Божье, где ни буду «странником и пришельцем». А мучения что могут сделать мне? — я так слаб, что разве только первый удар будет для меня чувствителен. Смерть же для меня — благодеяние: она скорее приведет меня к Богу, для Которого живу и тружусь, и к Которому давно я стремлюсь». После этих слов, сказанных святителем искренне и без лукавства, император не решился привести в исполнение своих угроз и удалился, ничего не сделавши.

Как же глубоко жил этот святой. Всецело отдав себя Богу, он считал смерть приобретением, и ни что, ни статус, ни материальные блага, ни страх телесных мучений не могли заставить его отречься от Христа. «Побеждены мы, царь, настоятелем Церкви», — сказал императору префект, пораженный словами святителя. Святитель говорил императору: «во всем ином мы кротки, смиреннее всякого, и не только пред таким могуществом, но и пред всяким, потому что так предписано нам законом. Но когда дело идет о Боге и против Него дерзают восставать, тогда мы, всё прочее вменяя за ни что, взираем только на Него Единого, тогда огнь, меч, звери и железо, терзающее тело, скорее будут для нас удовольствием, нежели устрашат».

Святой Василий почти ежедневно совершал Богослужение. Он особенно заботился о строгом исполнении канонов Церкви, внимательно следя, чтобы в клир вступали только достойные. Неутомимо обходил он свои церкви, наблюдая, чтобы нигде не была нарушена церковная дисциплина, устраняя всякое лицеприятие. При жизни Василия Великого им совершались различные чудеса, которые ярко описываются в его житие, составленным свт. Димитрием Ростовским. Благодаря молитвам святителя были спасены души уже практически погибших грешников. Из многих примеров совершенных им чудес можно сделать вывод и о том, что святителю следует молиться и в борьбе с блудной страстью. Св. Василий оставил после себя и богатейший вклад в свято-отческую литературу, где его сочинения занимают одно из первых мест.

Василий Великий скончался по мирским понятиям очень рано, в 379 году в возрасте 49 лет. Болезни, труды и подвиги подкосили его здоровье. Современник Василия Великого, епископ Амфилохий так оценил его заслуги: «он принадлежит не одной Кесарийской Церкви, и не в свое только время, не одним соплеменникам своим был полезен, но по всем странам и градам вселенной и всем людям приносил и приносит пользу, и для христиан всегда был и будет учителем спасительнейшим». А вот как о нем отзывался преподобный Ефрем Сирин: «мы, «перенесшие тягость дня и зной» (Мф.20:12), ничего не добились, а сей, пользующейся такою славою и честью у людей, есть в тоже время столп огненный. Это меня удивляет».

Да, ни что не может отлучить истинного подвижника от любви Господней: ни мирской статус, ни постоянное стечение народа, ни забота о Церкви и ее чадах, ни дела управления, ни болезни и скорби. Главное, чтобы сердце постоянной жило Богом, и там, где люди и непрекращающиеся хлопоты, душа все равно будет всецело принадлежать молитве.

СВЯТИТЕЛЮ ОТЧЕ ВАСИЛИЕ, МОЛИ БОГА О НАС!

point.gifGrB.jpgpoint.gif

Еще одним вселенским столпом был близкий друг и сподвижник святителя Василия архиепископ Константинопольский Григорий Богослов, память которого мы отмечали совсем недавно, во вторник 7 февраля (25 января по ст. ст). Святой Григорий родился в 329 года, в Арианзе, близ Назианза Каппадокийского, по имени которого он иногда называется Назианзином. Родителями будущего святителя были епископ Назианзский Григорий и святая Нонна. Интересно, что отец Григория долгое время был нехристианином, принадлежа к малоизвестному ипсистарийскому лжеучению. Матерь же святого Григория, блаженная Нонна, происходила от христианских родителей, и сама была благочестивою христианкою. Именно благодаря усердным молитвам святой Нонны отец святителя пришел к Богу, и настолько преуспел в благочестии и добрых делах, что впоследствии был избран на епископский престол.

Святитель Григорий до последних дней жизни родителей исполнял свой долг перед ними, непрестанно заботясь о них. В этом проявилось его смирение перед Промыслом Божием, твердость в неустанном исполнении заповедей господних. Вот как писал святитель о своих благочестивых отце и матери: «а из всех, которые чтут Тебя, мои родители особенно заботятся о благочестии, избегнув опасности скорбной жизни, они привязали корабль свой к Твоим чистым заповедям. Ты для них начало и конец. Матерь моя, наследовав от отцов богоугодную Веру, и на детей своих наложила золотую сию цепь. В женском образе нося мужественное сердце, она для того только касается земли и заботится о мире, чтобы все, и даже саму здешнюю жизнь, преселить в жизнь небесную, и на легких крыл ах воспарить ввысь. А родитель прежде, служа идолам, был дикой маслиной, но привился к стеблю маслины доброй и столько принял в себя соков благородного корня, что закрыл собой дерево, и многих напитал медоточными плодами, он сед волосами и вместе сед умом, приветлив, сладкоречив, это новый Моисей или Аарон, посредник между людьми и небесным Богом; непорочный внутренне, чистыми тайноводствиями и нашими жертвами, какие закалает ум, приводит он в общение смертных и великого бессмертного Бога. От такого родителя и от такой матери произошел я. Соревноваться им невозможно; а что соревнуются они друг с другом, это не тревожит меня. Заботясь о них и облегчая их труды, питал я ум свой надеждами, что делаю самое полезное дело, исполняю долг природы».

Святой Григорий также как и его друг Василий Великий обладал выдающимися способностями, к которым присоединилось еще и прекрасное образование, полученное в Кесарии Палестинской, Александрии, Афинах, где он также изучал различные науки. В Афинах дружба между будущими святителя стала более крепкой, они поддерживали стремления друг друга к Богу, и таким образом вместе преодолевали многие искушения, свойственные тому времени. Вот как об этом пишет Григорий Богослов: «у обоих нас одно было упражнение — добродетель, и одно усилие — до отшествия отсюда, отрешаясь от здешнего, жить для будущих надежд. К этой цели направляли мы всю жизнь и деятельность, и заповедью к тому руководимые, и поощрявшие друг друга к добродетели. И если немного будет сказать так, мы служили друга для друга и правилом и ответом, с помощью которых распознается, что прямо и что не прямо. Мы вели дружбу и с товарищами, но не с наглыми, а с целомудренными, не с задорными, а с миролюбивыми, с которыми можно было не без пользы сойтись, ибо мы знали, что легче заимствовать порок, нежели передать добродетель, так как скорее заразишься болезнью, нежели передашь другому свое здоровье». Вот истинный пример мужской дружбы и любви к добродетелям.

«Нам известны были две дороги: одна — это первая и превосходнейшая — вела к нашим священным храмам и к тамошним учителям; другая — это вторая и неравного достоинства с первой, вела к наставникам наук внешних. Другие же дороги — на праздники, на зрелища, на народные собрания, на пиршества — предоставляли мы желающим. Ибо и внимания достойным не почитаю того, что не ведет к добродетели и не делает лучшим своего любителя. У других бывают иные прозвания, или отцовские, или свои по роду собственного звания и занятия, но у нас одно великое дело и имя — быть и именоваться христианами». Оба святителя так и прожили всю свою трудную жизнь в звании христианском.

После окончания обучения и преподавания в Афинах, святой Григорий возвратился домой для помощи своему престарелому отцу в заботах о многочисленной пастве. Хотя священническое служение и тяготило душу святителя, которая была более склонна к уединенному образу жизни, однако на время он принял на себя это служение. Святой «…желал жить в покое, любомудрствовать в безмолвии, беседуя с самим собой и с Духом… Рассуждал сам с собой: пусть для других будут почести и труды, для других — брани и отличия за победы, а для меня, избегающего браней и углубляющегося в самого себя, довольно жить, как могу, как бы на легком судне преплыть небольшое море и скудостью здешней жизни приобрести себе малую обитель в жизни будущей. Может быть, более низости, но за то и более осторожности показывает мысль — равно удаляться и высоты и падения». Однако просьбы отца и друга Василия Великого о его необходимости трудится в миру превозмогли любовь к пустынножительству, заставив его взяться за дела управления церковным кораблем: «превозмогло меня дружество, покорила седина отца — старость мудрости, предел жизни, безопаснейшее пристанище, и дружба того, который сам богатеет для Бога и других обогащает. Отлагаю уже гнев, да услышат кротцыи, и возвеселятся (Пс. 33:3)! Спокойно смотрю на руку, сделавшую мне насилие, с радостным взором обращаюсь к Духу; сердце мое не мятется, рассудок возвращается; дружба, подобно потушенному и угасшему пламени, опять оживает и возгорается от малой искры».

С течение времени желание монашеского уединения стало брать вверх над Григорием Богословом. Он уезжал в монастырь к Василию Великому, в течение трех лет прятался в пустыне от должности епископа Сасимского. По складу характера святому Григорию было тяжело находится среди людей, дух его беспокоился от житейской суеты и необходимости в участии в делах управления. Вот как он с укором писал своему другу о приключающихся с ним искушениях: «укоряешь меня в лености и в нерадении, потому что не взял твоих Сасимов, не увлекся епископским духом, не вооружаюсь вместе с вами, чтоб драться, как дерутся между собой псы за брошенный им кусок. А для меня самое важное дело — бездействие. И чтобы знать тебе нечто из моих совершенств, настолько хвалюсь своею беспечностью, что величие духа в этом почитаю законом для всех; и думаю, что, если бы все подражали мне, то не было бы беспокойств Церквам, не терпела бы поруганий вера, которую теперь всякий обращает в оружие своей любви к спорам». Григорий Богослов был другим, нежели Василий Великий, но эта непохожесть проявилась лишь в характере святых, но ни как ни в целях их земного существования: стяжение Духа Святого и наследие Царствия Небесного. Они оба шли тернистым путем к Богу, только у каждого из них была своя дорога.

По просьбе престарелого отца святой Григорий возвращается домой и до его кончины оказывает помощь в управлении епархией. После смерти родителя святитель опять удаляется в пустыню, в надежде, что на его место изберут другого епископа. Однако жители настаивают на его возвращении, и Григорий Богослов принимает дела по управлению паствою. Для святителя одним из тяжелейших испытаний стала смерть Василия Великого. Он глубоко переживал его кончину. В память о нем святой Григорий пишет удивительное «Слово 43. Надгробное Василию, архиепископу Кесарии Каппадокийской». В этом Слове святитель описывает житие Василия Великого, его труды и подвиги, а также воздает заслуженную похвалу почившему в Боге другу. «И теперь он на небесах, там, как думаю, приносит за нас жертвы и молится за народ (ибо и оставив нас, не вовсе оставил), а я — Григорий, полумертвый, полуусеченный, отторгнутый от великого союза (как и свойственно разлученному с Василием), влекущий жизнь болезненную и неблагоуспешную, не знаю, чем кончу оставшись без его руководства. Впрочем, и доныне подает он мне советы, и если когда преступаю пределы должного, уцеломудривает меня в ночных видениях».

После кончины друга Григорий Богослов вступает в новую полосу жизни, подвергаясь большим испытаниям и искушениям. После того, как византийским императором становится Феодосий, по его приказу в Константинополь вызывается святой Григорий для борьбы с арианами. По прибытии в святой град Григорий Богослов подвергается нападкам со стороны многочисленных противников, в том числе и со стороны верных чад Церкви. Такое противостояние переносится им с трудом и со слезами. На Втором Вселенском Соборе святого Григория избирают архиепископом Константинопольским за его проникновенные проповеди, стойкую веру, великое благочестие и глубокое богословие. Однако как человек, стремящийся к уединению и не желающий бороться за власть, святитель уступает в противоборстве со своими противниками. «Мужи и сопастыри мои по управлению святым Христовым стадом! Стыдно вам, поучающим других хранить мир, входить в раздоры между собою! Как вы можете других убедить к согласию и единомыслию, если не можете согласиться сами с собою? Но я умоляю вас пред единосущною и Пресвятою Троицею установить мир и показать взаимную любовь друг к другу, чтобы вы в полном согласии могли устроить церковные дела. Если же я — виновник разногласия и разъединения между вами, то я нисколько не достойнее пророка Ионы. Выбросьте меня за борт корабля, — и тогда прекратится для вас волнение. Хотя я и неповинен в этой буре, но я предпочитаю пострадать, если вы этого хотите. Только примиритесь между собою и будьте единомысленны; свергните меня с престола, изгоните из города, только истину и мир, говорю с пророком Захарием (Зах.8:19), возлюбите. Желаю вам здравствовать, священные пастыри! Не забывайте и моих трудов!».

Святитель возвращается в родной Назианз, где по просьбе городских клириков вновь возглавил епархию, не переставая просить правящего архиерея снять с него эту обязанность, которую он считал для себя бременем. Его душа жаждала общения с Богом, все сложнее становилось жить среди людей, жить мирскими заботами и житейской суетой. «Я примечал, — пишет Григорий Богослов, --- что люди, которым нравится деятельная жизнь, полезны в обществе, но бесполезны себе, и их возмущают бедствия, от чего мягкий нрав их приходит в волнение. Видел также, что живущие вне мира почему-то гораздо благоустроеннее и безмолвным умом обращены к Богу; но они полезны только себе, любовь их заключена в тесный круг, а жизнь, какую проводят, необычайна и сурова…». Святитель все жизнь искал уединения, но Промыслом Божием «…дела, которых думал я избежать, как к сроку, явились ко мне в великом множестве». Все было чуждо ему: и должности, и заслуги, и похвалы, и зависть, но ни чего этого не удалось ему избежать. Он сильно мучился, и, наверно, в этом и состоял подвиг всей его жизни. Одного лишь искала душа праведника: «…обитать вдали от злых, где мог бы единым умом искать Бога, где питала бы мою старость утешительная надежда высших благ».

После ухудшения здоровья на место святителя был назначен иной епископ, а сам Григорий Богослов смог удалится на покой в своё фамильное имение и посвятить себя литературному труду. В это время он пишет многие богословские сочинения, подробную автобиографию, путешествует по обителям. Блаженная кончина святителя последовала в 389 г. в Назиане, где он и был похоронен. По его завещанию фамильное имение перешло в распоряжении епархии. В настоящее время мощи Григория Богослова хранятся в Соборе святого Георгия в Стамбуле. Вот какую краткую, но глубокую характеристику святителю дал Димитрий Ростовский: «святой Григорий Богослов был столь велик, что если бы можно было создать человеческий образ и столп, составленный по частям из всех добродетелей, то он был бы подобен великому Григорию. Просияв своею святою жизнью, он достиг такой высоты в области богословия, что всех побеждал своею мудростью, как в словесных спорах, так и в истолковании догматов веры. Поэтому он и был назван богословом».

СВЯТИТЕЛЮ ОТЧЕ ГРИГОРИЕ, МОЛИ БОГА О НАС!

point.gifIZlat.jpgpoint.gif

Третьим празднуемым нами вселенским святителем и учителем является архиепископ Константинопольский Иоанн Златоуст, который родился в Антиохии около 347 г. Вскоре после рождения Иоанна скончался отец будущего святителя Секунд (упокой, Господи, его святую душу), а его мать Анфуса, отказавшись от повторного вступления в брак (а ей было тогда всего около 20 лет), все свои силы посвятила воспитанию сына. Именно от нее вселенский пастырь получил первые наставления в православной вере и благочестии. Как и другие два святителя, Иоанн Златоуст прошел обучение у лучших учителей своего времени. Он также учился и в Афинах, где превзошел мудростью своих сверстников и многих учителей.

Душа молодого Иоанна Златоуста более стремилась к монашеству, поэтому, узнав, что епископ Афин решил поставить его после своей смерти на архиерейскую кафедру, незамедлительно вернулся к себе в родной город. Святитель принимает решение сделаться монахом, но его мать просит подождать с этим до ее кончины: «…умоляю тебя, чадо, не повергни меня во вторичное вдовство и снова не возбуждай твоим удалением утихшей во мне скорби об отце твоем, но дождись смерти моей, которой я день ото дня ожидаю. Когда ты похоронишь меня при костях отца твоего, тогда поступай, как пожелаешь. А теперь, останься со мною и подожди немного, пока я еще жива». Как благочестивый сын, святой Иоанн внял прошениям матери и остался при ней до ее отшествия в жизнь вечную.

После смерти своей матери святой Иоанн принимает монашество и посвящает себя написанию богословских работ. Четыре года провел святой в трудах пустынножительства, где были написаны им три книги «Против вооружающихся на ищущих монашества», сочинение «Сравнение инока с царем» и другие работы. Затем, желая большего уединения, он тайно удалился в пещеру и пробыл в ней в течение двух лет, живя в одиночестве. В результате особых монашеских подвигов святитель подрывает свое здоровье и вынужденно возвращается назад в Антиохию для лечения.

В 381 г. святого посвящают в дьяконский чин, а в 386 г. в пресвитера. Священноначалие возлагает на него обязанность проповедовать Слово Божие. Святой оказался блестящим проповедником и за редкий дар богодухновенного слова получил от паствы наименование «Златоуст». Удивительное красноречие святого Иоанна привлекало к нему людей всех сословий и возрастов, не только православных христиан, но и людей иных убеждений. В сане пресвитера Иоанн еще с большею ревностью заботился о спасении душ человеческих. Раз или два в неделю, а иногда даже каждый день, он поучал народ в церкви, с амвона произнося проповеди. Случалось, что, сказав поучение в одной церкви, он шёл в соборный храм, где служил епископ, а тот во исполнение общего желания поручал ему снова говорить поучение. Во время своего пастырского служения, святой Иоанн произнес множество проповедей, из которых некоторые дошли до нас. При этом, он с высоты церковного амвона с усердием занимался изъяснением Священного Писания. Святой составил весьма душеполезные толкования на многие книги Ветхого Завета, на Евангелия от Матфея и Иоанна, на книгу Деяний Апостольских. Особенно же любил он послания Апостола Павла и многие из них в своих беседах изъяснил народу.

Много трудов положил святой Иоанн Златоуст и на устроение богослужения: составил чин Литургии, и доныне сохранившей его имя, написал множество молитв, учредил крестные ходы, ввел антифонное пение за всенощным бдением. Не случайно, что особая молитвенная связь прослеживается между двумя столпами литургического служения: святителем Иоанном Златоустом и святым праведным Иоанном Кронштадским.

Поучая жителей Антиохии вере и жизни христианской, святой Иоанн Златоуст являлся и утешителем своих сограждан во время общественных бедствий. В то время в Антиохии, вследствие наложения подати, тяжкой для бедных жителей города, произошло народное возмущение. Разъяренная толпа сбросила стоявшие в городе статуи императора и членов его семьи и разбила их в куски. Но вскоре ужас и отчаяние заступили место неистовой ярости: антиохийцы ждали царского гнева. Святитель Антиохийский Флавиан отправился к императору ходатайствовать за город, святого же Иоанна оставил утешать и врачевать страждущие души. Наступившим Великим постом святой ежедневно обращался к народу с назидательным словом, обличая пороки своих сограждан и убеждая их исправиться и возложить упование на Бога. Император простил оскорбителей, и весть о помиловании была привезена святителем Флавианом к самому дню Пасхи.

В первый день праздника святой Иоанн Златоуст, по объявлении народу благой вести, сказал: «никогда не перестанем и благодарить Бога за все это, и изъявлять пред Ним великую признательность не только за то, что прекратил бедствия, но и за то, что попустил их: чрез то и другое Он прославил наш город. О сих же всех, по слову пророческому, чадом своим поведите, а чада ваша чадом своим, а те роду другому (Иоил. I, 3), чтобы все кто ни будет жить до скончания века, познав человеколюбие Божие, проявившееся на городе, и ублажали нас, получивших такую милость, и дивились нашему Владыке, восстановившему так падший город, да и сами получили бы пользу, всеми этими событиями побуждаясь к благочестию. Повествование о случившемся с нами может приносить весьма великую пользу, не только нам, если будем всегда о том помнить, но и нашим потомкам. Размышляя обо всем этом, будем всегда, не только при прекращении бедствий, но и при попущении их, благодарить человеколюбивого Бога, — узнав и из божественного Писания, и из случившегося с нами, что Он всегда устрояет все ко благу нашему с подобающим Ему человеколюбием, которым постоянно пользуясь, да получим мы и царство небесное, чрез Господа нашего Иисуса Христа, Коему слава и держава во веки веков. Аминь». Великие слова: радоваться не только избавлению от несчастья, но и самому несчастью, приключившемуся с нами. Такое отношение к испытаниям должно стать для нас обязательным, если мы хотим научиться всегда и во всем благодарить Господа.

Иоанн Златоуст особо любил вверенную ему паству. С подвигом мученическим сравнивает св. Иоанн служение пастырское. В этом духе провел свою священническую жизнь и отец Иоанн Кронштадский. Святитель Иоанн Златоуст в «Беседах на послание к Римлянам» пишет: «…сколько тяжелых трудов переносят пастухи овец в Каппадокийской стране, заботясь о бессловесных. Часто занесенные снегом, по три дня сплошь остаются они в таком положении. Говорят также, что не меньше бедствий переносят пастухи и в Ливии, по целым месяцам скитаясь по этой суровой пустыне, наполненной самыми свирепыми зверями. А если столько забот бывает о бессловесных, то, какое извинение будем иметь мы, когда нам вверены разумные души, а мы спим таким глубоким сном? Можно ли тут думать об отдыхе? Можно ли искать покоя? Напротив, для этих овец не должно ли идти повсюду и подвергать себя тысяче смертей? Или вы не знаете цены этого стада? Не для него ли твой Владыка совершил бесчисленные деяния и пролил даже Свою Кровь? А ты ищешь покоя? Что же может быть хуже таких пастырей? Разве ты не понимаешь, что и Христово стадо окружено волками, которые злее и свирепее ливийских? Неужели ты не представляешь себе, какую душу должно иметь тому, кто принимает на себя начальство в церкви? Народные правители, совещаясь о делах маловажных, дни и ночи проводят в бодрствовании, а мы, подвизающиеся для неба, спим и днем. Кто же после этого избавит нас от наказания за такую беспечность? Если бы даже надлежало резать тело, если бы предстояло испытать бесчисленные смерти, то не следовало ли бы спешить на все это, как на торжество? Пусть слышат это не одни пастыри, но и овцы, - чтобы сделать пастырей более усердными и побудить их к большой ревности, оказывая им всякое послушание и повиновение и ничего другого. Так заповедал и Павел, говоря: "повинуйтесь наставникам вашим и будьте покорны, ибо они неусыпно пекутся о душах ваших" (Евр. 13:17)».

В 398 г. Иоанн Златоуст занимает Константинопольскую кафедру. Архиепископ ревностно исполнял заповедь попечения о бедных: при нем Церковь питала великое множество странников, больных, заключенных, дев и вдовиц. Средства, которые предназначались для него, святой потратил на содержание нескольких больниц и двух гостиниц для паломников. Со всем усердием предался новый архипастырь заботам об утверждении и распространении веры Христовой. Он заботился об искоренении остатков арианской ереси; слал письма в Сирию, которыми добился возвращения в Церковь маркионитов (гностическое течение); посылал опытных проповедников к кельтам и скифам, славянам и готам; разорил языческие храмы, стоявшие много веков в Финикии; обличал жидовствующих.

Особенно сильно обличал святитель грехи, совершаемые нечестивыми людьми, в том числе и из числа императорского двора. В этом подвиге он уподобился Иоанну Крестителю, который, не взирая на лица, называл грех своим именем. Святитель претерпел множество скорбей и лишений за нелицеприятное отстаивание правды и твердость в защите несправедливо обижаемых. На жизнь святого неоднократно покушались. Когда императрица Евдоксия, жена императора Аркадия, распорядилась о конфискации собственности у вдовы и детей опального вельможи, святой встал на их защиту. Гордая императрица не уступила и затаила гнев на архипастыря.

Ненависть Евдоксии к святителю разгорелась с новой силой, когда недоброжелатели сказали ей, будто святитель в своем поучении о суетных женщинах имел в виду ее («опять Иродиада беснуется, опять мятется, опять скачет и пляшет, опять главы Иоанновой ищет!»). Святитель же так отвечал на воздвигаемые в его адрес обвинения: «царица желает, чтобы я походил на мёртвого, не замечал совершаемых несправедливостей, не слушал голоса обижаемых, плачущих и воздыхающих, не говорил обличений против согрешающих; но так как я епископ и мне вручено попечение о душах, то я должен на всё смотреть недремлющим оком, выслушивать просьбы всех, всех учить, наставлять и обличать. …Я обличаю беззаконие, а не беззаконнующих; никому не говорил я в лицо о его беззаконии, никого не запятнал бесчестием и никогда не упоминал в проповедях имени царицы для обличения ее. Но я всех вообще поучал воздерживаться от зла и не обижать ближних. Если же кого из слушающих мои поучения осуждает совесть за содеянные им дурные дела, то ему подобает гневаться не на меня, но на себя самого, и пусть он уклонится от зла и сотворит благое».

Несмотря на высокий авторитет святителя и заслуженное доверие у паствы, безумная царица, при поддержке некоторых церковных недоброжелателей святого, осудила Иоанна Златоуста на смертную казнь, но император Аркадий заменил казнь изгнанием. Истощенный болезнями святитель в сопровождении жестоких конвоиров три месяца в дождь и зной совершал свой последний переход. Вот как пишет об этом святитель Димитрий Ростовский: «когда святого везли в заточение, то по дороге он претерпел от воинов множество мучений. Воинам было приказано царицей всячески оскорблять и притеснять святого во время пути, чтобы скорее изнурить его и довести до смерти. Поэтому они сажали его на неоседланного осла и быстро гнали животное, в один день переходя путь, который следовало бы переходить в два или три дня. Во время пути Иоанну не давали покоя и отдыха, ночевали в простых и грязных гостиницах, иногда в домах жидовских, и совершали в его присутствии многочисленные скверны. Ему нигде не позволяли войти в церковь; и когда святой просил об этом, его подвергали всяким ругательствам и оскорблениям; кроме того, святого томили голодом и отнимали у него положенные ему на дорогу деньги для пропитания».

В городе Команы силы оставили его. Близ города находилась церковь святого мученика Василиска, и здесь изгнанники остановились на ночлег. На другой день был праздник Воздвижения Честного Креста Господня. Ночью святитель был утешен явлением святого Василиска, сказавшего: «Не унывай, брат Иоанн! Завтра мы будем вместе». Утром воины поспешили отправиться в путь по воде, но, по промыслу Божию, вновь вынуждены были пристать к берегу около церкви мученика Василиска. Святитель умолил воинов позволить ему совершить Литургию. 14 сентября 407 года, причастившись Святых Христовых Таин, вселенский великий учитель, святитель Иоанн Златоуст отошел ко Господу со словами: «Слава Богу за все!». Тот, которого весь мир не был достоин, скончался в изгнании от трудов, болезней, голода и холода. «Таким образом, святой угодник Божий в течение всей своей жизни несший крест свой, распинаясь для мира и сораспинаясь Христу, скончался в день, посвященный памяти Честного Креста».

День кончины святителя Иоанна Златоуста (14 сентября) совпал с двунадесятым праздником Воздвижения, поэтому празднование его памяти установили на иной день — 13/26 ноября. Праздничной службой стали отмечать и день перенесения мощей святого в Константинополь — 27 января/9 февраля.

СВЯТИТЕЛЮ ОТЧЕ ИОАННЕ, МОЛИ БОГА О НАС!

point.gif3Svatitelia01.jpgpoint.gif

Несколько слов хотелось бы также сказать и об истории празднуемого нами Собора трех великих вселенских учителей Василия Великого, Григория Богослова и Иоанна Златоуста. В свое время в Константинополе между неразумными верующими возникли споры о том, кто из трех святителей больше в Царствии Небесном. Иногда эти споры доходило до яростного противоборства между почитателями того или иного святого: Одни христиане называли себя василианами, другие — григорианами, третьи — иоаннитами. Но даже это искушение послужило во славу не только самих святителей, но и всей христианской Церкви.

Для умиротворения раздора все три святителя наяву явились Иоанну, епископу Евхаитскому, которому сказали: «мы равны у Бога, как ты видишь; нет у нас ни разделения, ни какого-либо противодействия друг другу. Каждый из нас отдельно, в свое время, возбуждаемый Божественным Духом, написал соответствующие поучения для спасения людей. Чему мы научились сокровенно, то передали явно людям. Нет между нами ни первого, ни второго. Если ты ссылаешься на одного, то в том же согласны и оба другие. Поэтому, повели препирающимся по поводу нас прекратить споры, ибо как при жизни, так и после кончины, мы имеем заботу о том, чтобы привести к миру и единомыслию концы вселенной. В виду этого, соедини в один день память о нас и, как подобает тебе, составь нам праздничную службу, а прочим передай, что мы имеем у Бога равное достоинство. Мы же совершающим память о нас будем споспешниками к спасению, так как мы надеемся, что имеем некоторую заслугу у Бога». Мудрый святитель незамедлительно установил единый праздник трем святителям 30 января, так как именно в этом месяце в первый день был установлено празднование Василия Великого, в двадцать пятый — Григория Богослова, а в двадцать седьмой —перенесение мощей Иоанна Златоуста.

СВЯТЫЕ ВАСИЛИЙ ВЕЛИКИЙ, ГРИГОРИЙ БОГОСЛОВ, ИОАНН ЗЛАТОУСТ, МОЛИТЕ БОГА О НАС!

Прихожанин нашего храма Павел Трощинский



Возврат к списку